Абхазские рассказы


Первый Абхазский Комикс
"Абраскьыл: Абраскьыли адауи"

05.01.2012 

Советы деда


В бедненькой пацхе Киута Хапара слабо мерцал огонек.
Возле него, пригорюнившись, сидела молодая женщина, ожидавшая возвращения мужа.
Лил дождь. Резкие вспышки молний освещали жилище, могучие раскаты грома сотрясали его... Страх и непонятное волнение стеснили грудь женщины; тревога за мужа, близкие и частые громыханья, ослепительные вспышки молний не давали ей покоя.
Хапара все не было.
Перевалило уже за полночь, когда до напряженного слуха женщины донесся привычный звук шагов мужа, стукнула дверь, и Хапар ввалился в комнату.
Женщина торопливо зажгла свечу — и ужаснулась: муж был бледен, глаза блуждали, и мрачное выражение, казалось, навсегда застыло на его обычно подвижном и веселом лице.
— Где ты был? — тревожно спросила она.
Хапар молчал.
— Где ты был, мой любимый? — повторила она.
Точно очнувшись от тяжкого сна, он вяло ответил:
— Там, в лесу...
— В лесу? Ты не болен?
— Нет...
Приглядевшись, она заметила кровь на его черкеске, на руках.
— На тебе кровь, ты не ранен?
— Дай помыть руки, переодеться...
Она взяла чугун и дала мужу помыться.
— Случилось что-нибудь?
— Нет... ничего... — неуверенно произнес он.
— Что с тобой? Скажи мне все! Что-то случилось?
Но Хапар молчал.
— Прошу тебя! Ведь я твоя жена!
Хапар поднял голову.
— А ты никому не скажешь?
— Кому же?
— Смотри, Чимса! — сдвинув брови, произнес Хапар. — Если об этом узнают, мы пропали.
— Родной мой, да что случилось? Говори скорей! — торопила она. — Я никому не скажу!
— Слушай же: я убил человека.
— Унан! — ужаснулась она. — Кого?
— Не знаю! Труп я спрятал в лесу, в овраге.
— Мы пропали! — заплакала жена. — Что теперь будет? Что нам делать?
Она была подавлена.
— Несчастные мы, несчастные! — причитала Чимса. — И ты не знаешь, кто он?
— Нет! — мрачно ответил Хапар. — Он напал на меня в лесу, как видно, подстерегал. Я отбивался и, кажется, раскроил ему череп. В лесу такая темень, что я не мог ничего разглядеть. Я сбросил его в яму и прикрыл ветками. Завтра ночью закопаю тело в лесу. Только помни, Чимса, этого никто не должен знать. Слышишь, никто!
— Зачем ты мне это говоришь? — сказала она в отчаянии. — Будто я не знаю, что нельзя об этом говорить. Никому, никому не скажу.
Оба они даже не притронулись к еде и, расстроенные, улеглись спать.
На другой день, чуть свет, Чимса с кувшином на плече пошла к роднику. Там набирала воду ее соседка — Саида.
— Ты так бледна! Уж не больна ли? — спросила она, завидев Чимсу.
— Нет, — поспешно ответила та. — Я здорова.
— С тобой что-нибудь случилось?
— Нет, ничего. Просто так!
— Просто так ничего не бывает, — решительно заявила Саида.
— Нет, правда, — стала уверять Чимса. Но в ее голосе прозвучала такая печаль, что Саида участливо заглянула ей в глаза.
— Дорогая! Скажи, что с тобой?
— У меня горе, Саида, — не выдержала тронутая ее вниманием Чимса.
— Горе? — переспросила Саида, страстная охотница до всяких сплетен. — Какое?
Чимса печально покачала головой.
— Не могу этого сказать! — прошептала она.
— Почему?
— Это тайна. Этого никто не должен знать.
— Ты еще молода, — сочувственно заговорила Саида, — жизни не знаешь. А я тебе вот что скажу: нельзя держать тайну в себе. Это так вредно — вот увидишь, ты высохнешь, как и я; я тоже никому ничего не говорила. Видишь, какой я стала? А все потому, что дура была, все в себе таила. Тайна сушит человека. А поделишься с кем-нибудь, и душа перестанет ныть и сердце — томиться. Бывает легче горящие уголья держать во рту, чем иную тайну.
— Не всякую же тайну можно открыть, — сопротивлялась Чимса.
— Всякую, всякую! — убеждала ее Саида. — Надо только знать кому. Люблю я тебя, как дочь родную. Да ведь и в родстве мы с тобой: твоя бабушка была троюродной сестрой моей свекрови. Ты мне спокойно можешь все доверить.
— Пожалуй, — нерешительно сказала Чимса. — Значит, никому?
— Видит бог, никому!
Чимса придвинулась ближе к Саиде.
— Сегодня ночью мой муж убил человека.
— Убил? — Глаза у Саиды расширились. — Кого?
— Не знаю. Он пришел вчера поздно, очень усталый, лег и заснул. Но ты обещаешь, что никому про это не скажешь?
— Что ты! — притворно возмутилась Саида. — Разве такие вещи можно рассказывать? Будь спокойна!
И они разошлись.
Как только Саида пришла домой и поставила на место кувшин, она тут же побежала к соседке Хьфафе и рассказала ей под строжайшим секретом невероятную новость. А Хьфаф — тоже, конечно, под строжайшим секретом — сообщила все своей снохе Шефье, а Шефья всегда делилась новостями со своей любимой подружкой Хаджгуагу. Та тоже дала ей слово хранить тайну...
Хапар в это время встал с постели, оделся и вышел из дому.
Он направился к богачу Бамату, по прозвищу Качпей.
— Не откажи в любезности, Бамат, — обратился он к нему. — Одолжи мне на месяц десять рублей.
— А когда ты мне их отдашь? — недоверчиво спросил Бамат. — И на каких процентах?
Хапару удалось сторговаться с Баматом; и он получил у него на месяц десять рублей.
Вернувшись, Хапар сел с женой завтракать.
Но не успели они съесть первое блюдо, как услышали громкий лай собак. Хапар открыл дверь пацхи — и застыл в изумлении: весь двор, был запружен людьми. Не только во дворе, но и за воротами, на дороге, стояли плотной стеной люди. Впереди всех — старшина Мкуаб Лагустан.
— Добро пожаловать! — не скрывая удивления, радушно приветствовал всех Хапар.
— Посмотрим, обрадуешься ли ты нашему приходу? — ответил за всех старшина. И, став непривычно суровым, добавил: — Ближе к делу, Хапар! Где ты спрятал убитого?
— Какого убитого? — спросил Хапар.
— Не прикидывайся, Хапар! — сказал Лагустан. — Время теперь горячее — весна, не отнимай у нас драгоценного времени. Признавайся, где спрятал убитого? Он из нашей деревни?
— Мы знаем всё, — тихо, но внятно добавил старый Хиб Шьмаф. — Все село знает, что ты убийца. Сегодня ночью ты убил человека. Ты спрятал его в лесу.
— Только вот не знаем, кто он, — добавил Сангулиа Шач.
— Сейчас узнаем! — решительно сказал старшина. — Веди нас в лес, Хапар, показывай место.
Хапар пожал плечами.
— Я вижу, действительно вам все известно, — нахмурясь, сказал он. — Хорошо, идемте, я вас провожу. Иди и ты, Чимса, — обратился он к жене. — Тебе тоже полезно быть там.
И впереди многочисленной толпы Кнут Хапар двинулся к лесу.
По дороге они увидели бегущего к ним человека. Это был Бамат; он с трудом переводил дыхание, изнемогая под тяжестью собственного живота. Подбежав к Киуту Хапару, он набросился на него с кулаками.
— Негодяй! — вопил богач, — Я все знаю! Ты убил человека, тебя теперь повесят! Ты думаешь, тебе удастся увернуться и не отдать мне мои деньги? Нет, ты мне отдашь! Ты что, хочешь меня разорить?
Хапар насмешливо улыбнулся и, остановившись, достал из кармана десять рублей.
— Возьми! — сказал он. — Возьми скорее. А то я действительно, чего доброго, умру, не отдав тебе твоих денег.
Люди удивленно смотрели на него.
Толпа приблизилась к оврагу.
Вместе со старшиной Хапар подошел к яме и принялся раскидывать прикрывавшие ее ветки.
В яме лежала убитая им накануне дикая косуля.
Хапар поднял голову. Снова на его лице появилась та же усмешка, как и при встрече с Качпеем-Баматом.
— Простите меня! — сказал он всем. — Простите, что я оторвал вас от работы. Я и не думал никого убивать. Я убил лишь вот эту косулю.
— Ты смеешься над нами, Хапар! — рассердился старшина Лагустан.
— Нет, — сказал Хапар. — Все дело в том, что мне вздумалось проверить советы моего покойного деда. Много лет назад дед Гедлач сказал мне: "Запомни, дад, раз и навсегда — не все можно доверить людям, даже самым близким. Раньше их следует проверить". И еще дед сказал мне: "Не занимай денег у скупого". Я, как вы знаете, женился и счастливо прожил с Чимсой несколько лет. И вдруг мне захотелось проверить советы деда. Чем счастливее мы жили, тем больше мне хотелось их проверить. Неотвязная мысль сверлила мне мозг: "Проверь, проверь!" Прошлой ночью, во время грозы, я случайно наткнулся на эту косулю и убил ее, а дома сказал жене, что убил человека. И она обещала мне свято хранить эту тайну. Я пошел к известному скряге Качпею-Бамату и попросил у него взаймы десять рублей. Теперь, когда он узнал о моей "беде", он, забыв все на свете, прибежал вырвать у меня свои деньги. Простите меня, друзья! Я только проверил советы моего покойного деда...
— Да, — заключил много живший и много знавший старик Лагустан, — никто не может хранить тайну так, как тот, кто ее не знает.



Нравится
Михаил Александрович Лакрба

Возврат к списку